Лечь бы сейчас, завернуться с головой в одеяло, отключиться, забыть обо всем хотя бы на день, хотя бы на час. Попутчиков — в шею. И пиво, противное, теплое, — в унитаз. Обязательно — в унитаз!

Еще анекдотец на посошок... Что, противно слушать? А уж как мне противно рассказывать...

Прибытие на станцию назначения я воспринял как избавление. Я устал от поездного разудалого отдыха больше, чем от самой трудной работы. В городе все пошло-поехало по накатанной колее, не оставляя лишней минуты на праздные раздумья.

Устроиться. Отследить возможные «хвосты». Перепроверить еще раз. Рассчитать варианты ухода для себя, для тех-бригады. Запомнить, не записать, именно запомнить расписание движения всех поездов, автобусов, самолетов со всех (!) железнодорожных, авто — и аэровокзалов. Запись я могу оставить только одну: с движением транспорта в сторону города, где я проживаю согласно легенде. Все прочее только в памяти! Засечь время движения до каждого вокзала на всех видах городского транспорта и такси, а также пешком и бегом с точностью до минуты. Представить город. Я должен знать, какая улица на какую выходит, с каким переулком соединяется, где ведется ремонт трассы и перекрыто движение. Я должен отыскать проходные дворы и подъезды в десяти-двадцати ключевых точках города на случай отрыва от «хвоста». Я должен ориентироваться в городе лучше самого въедливого горожанина-старожила. Много лучше. Я должен знать то, чем интересоваться им даже в голову не придет. Например, куда выходят колодцы центрального канализационного коллектора. Это потруднее будет, чем сказать, сколько домов стоит на четной стороне какого-нибудь Конюшенного переулка. Одна эта топографическая проверка способна довести любого несведущего человека до грани нервного срыва.

Мыслимо ли осилить такое даже за месяц, даже бригаде из шести человек, работающих без перерыва круглые сутки. А я один, и времени у меня — неделя.